Угроза гибели российской цивилизации, поражённой бациллой бездуховности, мало у кого из патриотически мыслящих людей не вызывала серьёзных опасений. Здоровые силы общества вели непрестанные подвижнические поиски способов спасения многовековых жизненных устоев народов России: духовные твердыни славянского мироустройства, стяжавшиеся неимоверными усилиями пращуров, не должны были быть бездарно распылены в ничто по наущению “врага рода человеческого”.
Мысли патриотов России естественным образом устремились, прежде всего, к столпу духовности общества — к церкви. Не вдаваясь в излишние для современного исторического момента рассуждения и изыски, можно констатировать лишь одно — церковь не смогла предотвратить кризис духовности, разразившийся с особой силой годы Первой мировой войны. Церковь, материальное процветание которой было очевидно и с особой помпой демонстративно выставлялось напоказ, оказалась бессильной и перед лицом грянувшей социальной бури, хаос которой поглотил и саму церковь с её претензией на монопольность духовного водительства народов государства Российского, и всех тех, кто слепо верил в священство и его способность отвратить православную империю от порога самоуничтожения.
Мудрецы утверждают, что потеря духовного авторитета российского священства, послужившая причиной её бессилия и деморализации перед лицом кризисных обстоятельств, произошла ещё в период внутрицерковных гонений на “нестяжателей”, являвших собой преемственность духовного подвига Сергия Радонежского.